Имя:
Email:
Сообщение:

В новом материале Зиявутдин Гаджиахмедов знакомит наших читателей с автором самого крупного street-art объекта в городе и республике под творческим псевдонимом Raino.

 

В мае текущего года мы снимали видеоклип на одну из моих песен. Съёмки проходили в том числе и на фоне граффити с надписью «Hatе» (с англ. «ненависть»). И вот, спустя несколько месяцев, я на крыше пятиэтажного дома беру интервью у автора той самой надписи. Однако художник с творческим псевдонимом «Raino» привлёк наше внимание иной своей работой: на стене одной из девятиэтажек Махачкалы он рисует портрет народного поэта Дагестана Расула Гамзатова, который обещает стать самым крупным street-art объектом в городе, а может и в республике. Итак, шёл пятый день реализации проекта.

 

 

О начале творческой деятельности и коммерческих заказах

— Когда и с чего началось твоё увлечение граффити?

— Всё началось в 2007 году, когда мы с другом решили закрасить надпись «Эмо – супер» на здании нашей школы. Потом я вдруг стал рисовать свой ник. Мне понравился тот факт, что люди могли видеть мой ник и задаваться вопросом: «Кто это такой?». Можно сказать, что всё зародилось благодаря моему тщеславию.

 

— У тебя есть художественное образование?

— Нет, я самоучка, а по образованию – юрист. Учился всему в Интернете, смотрел уроки, проходил различные курсы, но традиционного художественного образования у меня нет. Да и зачем оно? Я думаю, что при сегодняшней доступности Интернета не обязательно учиться этому ремеслу в каком-либо образовательном учреждении.

 

— Ты умеешь рисовать только баллончиком? И когда была сделана первая серьёзная работа?

— Нет, я ещё рисую акрилом, акварелью, гуашью, но в основном – баллончиком. А первая серьезная работа сделана только сейчас. Предыдущие не были такими масштабными. До этого, как правило, я рисовал свой ник или выполнял коммерческие заказы.

 

 

— Что делал в рамках коммерческих заказов?

— Делал фасады, занимался внутренним оформлением разных фирм, магазинов.

 

— Сколько стоят твои услуги?

— Три тысячи рублей за квадратный метр. Но деньги – не единственный фактор, который имеет значение. Если мне не нравится то, что от меня хотят получить, заказчик требует одно, а я вижу это иначе, то достаточно категорично говорю: «Я не буду так делать, ищите другого художника».

 

— И к чему это приводит?

— В 70% случаев заказчики соглашаются на то, что я им предлагаю.

 

 

Про новый проект

— Ты сейчас рисуешь по памяти?

— Нет, у меня есть эскиз (показывает на телефоне). Изначально я планировал рисовать при помощи проектора, который должен был светить на стену, высвечивая портрет, и я бы срисовывал с него. Но воплотить в жизнь эту задумку не удалось по техническим причинам, и мне пришлось рисовать от руки. На самом деле, это очень сложно, можно легко ошибиться.

 

 

— Почему именно Гамзатов?

— Во-первых, недавно было 94-летие со дня его рождения (прим. редакции: 8 сентября); а во-вторых, я люблю его творчество, меня берут за душу его стихи.

 

— Ты говоришь, что любишь стихи Гамзатова – да, может быть. Но как я это вижу: ты пошёл по пути наименьшего сопротивления. У нас в республике особое отношение к Расулу Гамзатову, и в связи с этим ты прекрасно понимал, что никто не станет протестовать против его портрета.

— Конечно, я, может, и хотел бы нарисовать солиста моей любимой группы Joy Division Иэна Кёртиса, но этого бы никто не понял. Да и организаторы данного проекта не допустили бы того, чтобы я рисовал портрет английского рок-музыканта в Махачкале. Приходится подстраиваться. Если бы я шёл против системы, то никогда бы не получил возможность стать автором такого масштабного проекта. А рисовать нелегально такой большой портрет просто нереально.

 

— Тогда расскажи, как ты получил разрешение на реализацию этого проекта?

— С организацией мне помог Фонд капитального ремонта, который занимается оформлением и ремонтом этой девятиэтажки. Я им принёс проект, они его одобрили и выделили средства на его реализацию.

 

— Сколько, если не секрет?

— Я не хочу называть сумму, пока не получу её. Я верю в энергетику мысли, верю, что если ты озвучиваешь ее вслух, то энергия, направленная на ее осуществление, рассеивается.

 

 

— За какой период ты планируешь завершить работу?

— За неделю. Рисую, как правило, час-два, иногда – три в день. Можно было бы, конечно, завершить и раньше, но я очень ленивый человек.

 

— Ты говорил о своём тщеславии. Можно сказать, что взявшись за такой проект, ты прежде всего ждешь, что о тебе и твоей работе заговорят?

— Да, конечно. Для чего ещё этим заниматься? Изначально была именно такая мысль.

 

 

О граффити в Махачкале и нелегальном творчестве

— Существует ли в Махачкале движение уличных художников?

— Больше всего рисующих граффити было в 2012-13 годах, несколько коллективов, в том числе и наша команда «Спам». Тогда мы очень активно рисовали, в основном – нелегально. Однако многие перестали этим заниматься через год-два, о них теперь никто и не вспоминает. Для меня это страшнее всего – быть забытым.

 

— Твоя команда всё ещё существует?

— Нет. Один из нашей команды стал работником полиции, второй — стоматологом, третий – битмейкером, четвёртый вообще каким-то «левым» типом. Я один остался на этой стезе.

 

— Ты общаешься с конкурентами? И вообще, они есть у тебя?

— Да, общаюсь. То, что мы конкуренты, не говорит о том, что мы враги. Но, признаться, я недолюбливаю нашу (махачкалинскую) культурную тусовку. Я бывал в Москве, Питере, и там всё иначе. Здесь же, если ты что-то делаешь, то создаёшь вокруг себя много ненужного пафоса.

 

— Но ведь ты сам, взявшись за работу такого масштаба, тоже создаёшь в какой-то степени пафос вокруг своей персоны.

— Говорят ведь, что «маленькие» люди всё время стремятся к чему-то большому. Вот и я долгое время хотел нарисовать большое граффити на какой-нибудь высотке. Но это не предел моих мечтаний: я бы хотел сделать работу на всю длину высотного здания.

 

 

— Ты продолжаешь нелегально рисовать? И если да, то как это делается?

— Да, я по-прежнему рисую нелегально. Лучшее время для этого – 4-5 часов утра, когда все люди крепко спят, и даже полицейские, которые должны дежурить.

 

— Интересно. А ты когда-нибудь был близок к тому, чтобы быть пойманным?

— Помню, посреди дня мы пробрались в махачкалинское троллейбусное депо. Я почти закончил свой рисунок на троллейбусе и уже собирался его сфотографировать, как вдруг увидел, что к нам едет машина с работниками депо. Так быстро, как в том момент, я, наверно, никогда не бежал. Даже не помню, как я перепрыгнул через стену, на которую вначале взбирался минут десять.

 

— Ты ведь юрист. Не видишь противоречия в том, чтобы быть юристом, и при этом заниматься нелегальным творчеством?

— Тогда я ещё не был юристом, а был ещё студентом (смеётся).

 

О работе, увлечениях и о будущем

— Какой на сегодня твой основной род деятельности?

— Я работаю юристом.

 

— Середина рабочего дня, почему ты не на работе?

— Всё схвачено! Я специально взял больничный ради этого проекта.

 

— А как относятся родители к твоему увлечению?

— Раньше не одобряли, но сейчас, когда увидели, что этим можно зарабатывать и в этом можно даже преуспеть, стали относиться положительно.

 

 

— Чем-то ещё увлекаешься?

— На самом деле, хотелось бы увлекаться ещё много чем, но я считаю, что человек не должен распыляться. Нужно заниматься чем-то одним, чтобы в этом преуспеть. Сейчас передо мной стоит очень сложный выбор: искусство или юриспруденция. Пока я склоняюсь ко второму. Но даже если я буду юристом, то хочу продолжать рисовать в свободное время.

 

— Закончишь портрет Гамзатова. Какие дальнейшие планы?

— После планирую приступить к ещё одному масштабному проекту, но пока я о нем не буду рассказывать. Нельзя разглашать информацию о предстоящих проектах, это никаким образом не улучшит ситуацию, только ухудшит.


 
На момент публикации граффити-портрет Расула Гамзатова был завершен. Увидеть и оценить работу Raino вы можете по адресу: улица Ирчи Казака, дом 3 «А».

 

Фото: Султан Ширинбеков